Декабрь 2011

Встреча у Тив-тама.

Вкусно и хорошо и без мамы-идиоткиКонец августа 2011 года. Шабат(Суббота). Вечер перед моцей(исход)Шабата. Кончилось молоко, пошли с дочерью за молоком в магазин Тив-Там. В это время открыт только он.
Когда выходим из магазина, окрик.
— Юля!
В двух метрах от нас стоит мама Юли Наталья (в девичестве Кисельчук).
— Юля.
Юля спряталась за меня и посматривала, как я буду реагировать.
К этому времени я не видел (в девичестве Кисельчук) очень долго. И накопилось очень много различных вопросов. Ну например, среди увезенных ее из дома вещей, после ее Выхода из тюрьмы был пелефон, который висел на мне. Бизнес то у нас был симейным. А пациенты, знавшие этот пелефон, дозвониться не могли, я за него не платил, а (в девичестве Кисельчук)не могла за него платить, поскольку пелефон записан на меня.

Телефонные переговоры всех этих маленьких, но перерастающих в большие проблемы решить не могли, так как я был уверен, что каждое мое слово записывается на магнитофон, и видимо в том же была уверенна (в девичестве Кисельчук), хотя я наших разговоров по телефону не записывал.

— Дай мне обнять ребенка — строго сказала (в девичестве Кисельчук).
Дочь плотнее прижалась ко мне.

— Знаешь что — сказал я — давай прогуляемся. Может Юля чуть и расслабиться.
— Я не могу к тебе подходить, меня посадят в тюрьму.
— Давай пообещаем друг-другу и Юле, что ни ты ни я, никому об этой встречи ни скажем. Я не скажу об этом в полиции, а ты в социальном отделе.
— Ты соврешь, а меня завтра посадят.
— Я не вру. Кроме того вот Юля, она свидетель. Юля, папа когда-нибудь врет?
— Нет. — говорит моя дочь. Когда папа обещает он всегда выполняет.
— Ты Обещаешь что не скажешь об этом в социальном отделе?
— Обещаю — ответила (в девичестве Кисельчук).
— Тогда ты так сможешь видеть ребенка пару раз в неделю. Договорились?
— Договорились.

Мы гуляли часа два. Юля минут через сорок дала маме пару раз себя обнять, но сразу после этого, пряталась за меня.
Когда мы пришли домой, Юля сказала:
— Мама соврет. Я знаю.

Через две недели, после того как по моим сведениям прошел суд, (в девичестве Кисельчук)сообщила об этой встрече в социальный отдел и социальный отдел написал это в своем тазкире(решении) в суд.
Смысл этого был такой (хоть на прямую об этом и не говорилось) связь между дочерью и мамой восстановлена, дочь можно отдавать маме.

Моя дочь еще раз продемонстрировала, что разбирается в людях лучше меня.

Я не громил…

Я не громил наш, с Натальей Ростовцевой, стоматологический кабинет.
Узнав из сообщения:

Происшествие в Ришон ле-Ционе: в ночь на воскресенье, 19 сентября, репатриантка из бывшего СССР ударила мужа молотком по голове. Он был госпитализирован в больницу «Асаф ха-Рофе», где ему сделали срочную операцию. Женщина, врач-дантист по профессии, была задержана полицией.

Как рассказал порталу IzRus ее адвокат Коби Марголов, женщина, приехавшая в страну 19 лет назад вместе с супругом, в последние годы терпела от него физические и моральные издевательства. Она несколько раз подавала жалобы в полицию, но реакции не последовало даже тогда, когда муж ворвался в ее врачебный кабинет и его разгромил. «В последнее время, муж начал угрожать ей, что нанесет ущерб их девятилетней дочери. У женщины просто не было выбора, и она решила защитить дочку», — отметил Марголов.

В полиции утверждают, что задержанная явно собиралась убить супруга, отмечает ИА Ynet. Свидетельством тому служит то обстоятельство, что она воспользовалась молотком весом в 5 килограмм.

Подробности: http://izrus.co.il/obshina/article/2010-09-19/11768.html#ixzz1hADRPvi2
При использовании материалов ссылка на IzRus обязательна.

Что адвокат жены обвинил меня в том что я ворвался в стоматологический кабинет жены и разгромил его, я попросил сына сходить в мамин кабинет и сфотографировать его, что он и сделал.
Сегодня я вывешиваю эти фото:


Стоматологический кабинет
Стоматологический кабинет
Стоматологический кабинет
Стоматологический кабинет
Стоматологический кабинет
Стоматологический кабинетСтоматологический кабинет
Разгрома не было
Стоматологический кабинет
Разгрома не было

Эпизоды 14-15 декабря.

Эпизоды 14 декабря.

Не смотря ни на что, меня заставляют вести Юлю в отдел встреч социального отдела.
Мы туда пошли.
Моя дочь пришла туда и я попросил ее не приближаться ко мне, ближе чем на метр.
— Иначе опять будут говорить, что я тебя держу.
У социального отдела пкида. Ее тоже зовут Юля. Начала уговаривать мою дочь зайти во внутрь, выпить кофе (ни хрена не понимает в детском рационе) или чай.
По ходу уговоров моей дочери пройти встретиться с мамой.
— И если ты не захочешь, мама не войдет. — говорит пкида(служащая). Я стою у забора и наблюдаю картину, как моего ребенка пытаются развести. Думаю, скорее утешаю себя, что полезное в этом все же есть. Дочь учиться реагировать на аферистов. За моей спиной оказывается мама моей дочери и начинает тоже ее уговаривать. Дочь отвечает пкиде, но не слова не отвечает маме, передвигаясь так, что бы я оказался на линии «огня» и мама дочь не видела.
Но это не мое дело.
Мама моей дочери требует что бы я отошел в сторону.
Я отошел, и моя дочь уже в трех метрах от меня рядом с социальной работницей. Видимо, дочь это окончательно вывело из себя и она сбежала.
Социальница требует, что бы я бежал за дочерью. Смешная. Я с больными ногами, прохожу курс у врача. Хожу то я нормально, хромая, но побежать…
Но сегодня я волнуюсь меньше. Дочь сбежала не первый раз, дорогу домой она знает, и светофоры только на зеленый свет.
Но вы все это можете послушать.
запись в отделе встреч
И VLC и медиаплеер классик, это открывают.

15 декабря, то есть на следующий день иду в социальный отдел по их вызову. Ну как вы поняли, они мне стараются не дать работать совсем.
На следующей неделе бикур-байт — проверка условий проживания, я беру выходной, а поход в место встреч и психолог в другие дни.
запись беседы в социальном отделе
Я ее еще не слушал, но надеюсь все записалось.
Когда буду прослушивать, переведу некоторые ивритские слова на русский, хотя старался, что бы беседа прошла полностью на русском, не совсем получилось.

Как окончился первый разрыв

Как начинался и откуда взялся первый разрыв, я опубликую позже, а сегодня я хочу коротко описать его окончание.

Через год и два три месяца после того как Наталья Ростовцева забрав все ценные вещи, а главное семилетнего (тогда) сына, она пришла по окна того дома где я жил, в Холоне на Цфат 15 попросила по интеркому что бы я вышел и разрыдавшись спросила:
— Ты меня простишь?

Я простил, но понимая что жить на вулкане (то есть в Израиле), где женщина всегда права, я не могу, я потребовал подписать брачный контракт.
Смысл контракта был такой — захочешь уйдешь, но жизнь мне ломать не надо.

Текст контракта и его перевод я привожу ниже.
Контракт был зарегистрирован у нотариуса, в полном соответствии с брачным законом Украины, где был заключен наш брак признанный государством Израиль.
Тогда я еще не знал, ну не до конца знал, что государство Израиль это полная ложь, беззаконие судебный и полицейский произвол.
Цель Израиля разрушение семей, превращение мужчин в рабов, а их жен в проституток.

Договор о возвращении к супружеским отношениям стр 1 на русском.

Израиль разрушает семью

Договор о возвращении к супружеским отношениям стр.2 на русском


И перевод на иврит:
Израиль стремиться сделать из мужчины раба, а из женщины проститутку и разрушает семьи.

Договор о возвращении к супружеским отношениям стр.2 на иврите


 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

Рождение и первые годы жизни, моей дочери.

Папа спасет.

Это мы вгостях у тети Розы и Семен Израилевича Рабиновичей. Что-то тогда мою дочь напугало и она быстро спряталась у папы

Дочь моя родилась 10 апреля 2001 года в 07-50 (примерно). Я присутствовал на родах.
Дочь родилась не случайным ребенком. Мы ждали ее. Мы хотели ее и планировали астрологический знак.
После того, как мы восстановили семью после первого выбрыка Натальи (в девичестве Кисельчук)(я об этом еще напишу), целью востановления стало рождение ребенка. Наталья хотела дочь, я был согласен на все, потому как моя психика главной целью жизни видит детей.
Жена сказала, что как только я начну получать семь тысяч шекелей, она согласиться на ребенка, с условием, что это будет дочь.
 
 
****
 
 
Когда Наталья Вышла из больницы, оказалось что молока у нее нет. То есть молоко было, но в каком-то микроскопическом количестве и все процедуры не помогали. Она пыталась кормить дочь искусственными смесями, но дочь не их ни пустышку не брала и буквально трое суток орала. Я, когда приходил с работы (а работал я 12 через двенадцать посменно) старался помочь и делал все что говорит жена, но и это не помогало.
Через трое суток, жена разбудила меня (днем, я работал ночью)
— Делай что хочешь. Я так больше не могу. Я умру. — сказала она и я пошел к дочери.
Было понятно, что ничего из практики нормальной медицины не годиться и я сделал так, как по рассказам моей бабушки, поступали со мной.
Я развел в маленькой рюмке мед с теплой кипяченой водой и окунув туда пустышку вставил в рот дочери.
Тьфу — и пустышка улетела в потолок.
Сполоснул и опять. И опять — Тьфу.
На третий раз, видимо дошло, что сладкое. Но через минуту сосания, опять — Тьфу.
После седьмого раза, вместо пустышки я дал матерну, но соску не забыл окунуть в медовую смесь.

Через три недели я ушел на автолу, Жена ведь стоматолог, а я работал рабочим за заводе по производству некоторых составляющих элекронных устройств.
Когда. Дочь сказала первое слово, этим словом было слово «папа».
То есть мамой, по существу, был папа. Потому когда все время ребенок слышит:
— Папа сейчас тебя переоденет…
— Папа сейчас нагреет…
— Сейчас, сейчас папа тебя помоет…
Какое же еще слово сказать первым?

Так до 19 сентября 2010 года, мама выполняла роль семейного водителя и работницы в семейном бизнесе, коим был стоматологический кабинет. Все деньги семьи шли туда.
Дочь слушалась только папу. Поэтому, когда мама что-то хотела добиться от дочери, она говорила:
— Скажи Юле, что бы помылась.
— Скажи Юле, что бы почистила зубы.
— Скажи Юле, что бы переоделась и ложилась спать.

Но чаще, я не говорил дочери что нужно делать, а объяснял почему пора делать то или другое. Юля (до встречи с социальными работниками) росла очень позитивным ребенком. Она старалась все самостоятельно осмыслить и сделать правильно.
И очень в редких случаях, когда она заигрывалась на компьютере, папа говорил:
— Если ты вынудишь сейчас меня его выключить, то включу я его только через два дня.
Но этого, так ни разу и не произошло и Юля так и не проверила реальность этой угрозы.
(с трех лет Юля играла на папином компьютере, а в четыре года у нее появился персональный компьютер — сейчас это дуалкор)

С днем рождения!

Я родился 12.12.1952.
У моей дочери и у меня нет денег на открытки — нас грабит государство Израиль используя для этого суд, полицию и социальные службы. Вся наша вина состоит в том, что мы хотим быть вместе во что бы то ни стало.
Но сегодня моя дочь поздравила меня собственной открыткой.
открытка

Моя дочь не совсем русскоязычная. Она нормально говорит на русском, но в школе учит иврит. Русский она выучила сама. Будьте снисходительны к ошибкам в языке. Для меня главное что она не ошибается в самом главном — дороже нее для меня в этом мире ничего не существует.

Страница документов

Планы

Данная тема не является литературным вымыслом, как решили на некоторых форумах, а является криком о помощи. И цель этого не пиар, а огласка. Все документы подлинные.
Я конечно могу оказаться субъективен, но все что я буду писать это правда и только правда, как ее вижу я.

Я бы предпочел обойтись без того, что бы публиковать эту историю. Мне есть что писать, что сочинять, что придумывать.
Я год и три месяца даже родственникам не говорил о произошедшем. О произошедшем узнавали не от меня. На моей работе тоже ничего не знали. Когда я не пришел на работу несколько дней, я сказал, что на меня упала книжная полка, а потом ходил в головном уборе. Благо в Израиле этим ни кого не удивишь.

Но поскольку я вынужден предать все это огласке, пытаясь спасти дочь — никто не не уйдет «обиженным». Все друзья, знакомые моей жены помогавшие и помогающие ей в атаке на мою дочь, получат свою долю известности.

Скрыться не удастся никому.

Вы, все кто помогал ей на протяжении этого времени, вы все заложники этой ситуации. Я не буду врать. Я буду говорить только то что знаю… но все.

Если уж огласка, которой я не желал, коснулась меня, то какая причина того что Вы лишитесь своей доли известности?

Впрочем парикмахерам и маникюршам это только пойдет на пользу. Реклама. Ну а если у кого есть проблемы с налогами — уплатите и спите спокойно.

Но по-порядку. Так сказать, по старшинству. Но не надейтесь что очередь до вас не дойдет.

Никто не не уйдет «обиженным».

Эпизод за эпизодом, человек за человеком… А убить меня вам не удастся — меня молоток не берет.
 
Эпизод 30.11.2011
 
Как окончился первый разрыв
 
Рождение и первые годы жизни, моей дочери.
 
Эпизоды 14-15 декабря.
 
Фотографии не разгромленного стоматологического кабинета
 
Встреча у Тив-Тама
 
 
Те кто хочет прокомментировать описанную историю может это сделать здесь
 
Если кто-то из знакомых с этой историей лично, а не в связи с описанием, хочет высказаться по объективности изложенного, он может сделать это здесь
 
Комментарии с разных форумов, которые могут прояснить некоторые детали

 
 
Документы:

первый лист суда от 27.11.11

02 лист суда от 27.11.11

03 лист суда от 27.11.11

04 лист суда от 27.11.11

05 лист суда от 27.11.11

06 лист суда от 27.11.11


Нет уголовных дел 21.01.11 года

Направление к психиатру из школы

 
 

Может посещать школу

Справка от психолога

Эпизод 30.11.2011

Насилие над детьми социальными отделами Израиля.

Социальный работник комнаты встреч - Юля

Мы с Юлей идем в социальный отдел для встречи с Юли и ее мамы, которая должна происходить там, по решению суда. Дочь идти не хочет, у нее кто-то из друзей онлайн, но деваться некуда — иначе штраф четыреста шекелей, а у нас и без этого денег нет.
Пришли.
Сторожу:
— Пригласите пожалуйста служащую.
Приходит служащая. Ее тоже зовут Юля и говорит она на русском.
Обращается к моей дочери:
— Юля, пойдем мама тебя ждет.
— Не пойду – говорит моя дочь. Она стоит чуть в стороне. Я ее попросил не хватать меня за руку, потому что социальники думают, что это я заставляю ее не встречаться с мамой.
— Ну пойдем, говорит социальница. Мама тебя ждет.
— А я не хочу ее видеть – отвечает моя дочь.
Ситуация патовая. Пока мы снаружи, социальнице не удобно приглашать маму на уговоры моей дочери.
— Заходите внутрь – говорит мне социальница.
Я захожу, следом за мной заходит моя дочь.
Калитка за нами закрывается на замок. Такое детское КПЗ.
— Погодите — говорит социальница – я сейчас.
Подождав минут пять, мы идем во двор. Там игры, песочница, но самое главное, там есть где сесть, а у меня болят ноги.
Сесть не удалось, вышла социальница с Ростовцевой (в девичестве Кисельчук) Натальей.
Они вместе начинают уговаривать мою дочь пройти с ними в комнату.
Я держу руки в карманах, что бы не было возможности сказать, что это я не даю дочери пойти с ними, дочь держится за мою куртку за моей спиной и уворачивается от мамы.
Все уговоры бесполезны.
— Ну скажите ей – обращается ко мне социальница.
— Если я скажу — тихо отвечаю я – будет еще хуже.
— Тогда молчите.
— Молчу.
Но току нет. Моя дочь уже достаточно взрослая и когда ее что-то пытаются заставить, идет наперекор до конца. Вся в папу.
Социальница не выдерживает.
— Это потому что Вы здесь. Выйдите, пожалуйста.
— Пожалуйста. – говорю я и направляюсь к выходу.
В это время, Наталья, в девичестве Кисельчук, пытается оторвать юлю от моей куртки стискивая в объятьях. Это мне потом дочь рассказала. Дочь вскрикивает от боли и вырывается из цепких маминых клешней, а в это время к маме поворачиваюсь я. Суд судом, но нельзя делать больно моей дочери. Защищая своего ребенка, животное неуправляемо. А я животное. Мой отцовский инстинкт работает на все сто.
— В чем дело? – из под бровей спрашиваю я Наталью, в девичестве Кисельчук.
А в это время, кто-то из посетителей выходит, и охранник отпирает дверь.
Моя дочь выскакивает в открытую дверь и убегает.
— Ну? Спрашиваю я уже социальницу. – Вы этого добивались?
— Бегите за ней и преведите- говорит мне социальница – у нее еще сорок минут встречи с момой.
— Так я привел. Теперь бегите Вы.
— Я не знаю где она – отвечает социальница.
— А я откуда знаю – отвечаю я.
Социальница отмахивается от меня, заходит внутрь, а охранник открывает калитку, мол иди уже.
С одной стороны я рад, что издевательство над моей дочерью на сегодня закончилось, но с другой стороны, уже темно, до дома километра три с половиной и три дороги уровня трассы, не считая мелких улочек.
***
Дочь ожидает меня под нашим домом. На этот раз все закончилось благополучно.

Помогите спасти дочь!

моя дочь по прежнему находиться в заключении в израильской тюрьме для детей.
Прочитать остальную часть записи »

Предупреждение:

Перевод на языки иврит или арабский, какой либо статьи, либо ее части, не зависимо от цели перевода, по праву автора я

категорически запрещаю.

Нужно испросить разрешения.. אזהרה: התרגום לשפות עברית או ערבית, שום מאמר או חלק ממנו, ללא קשר מטרת התרגום, המחבר של דיני מיסים

וחלילה מכול וכול.

אתה צריך לבקש הרשאה.